орел или решка

весь день, проведенный в бесконечном ожидании следующего врача, не могла отделаться от рассуждений на тему нелепых случайностей, резко меняющих течение жизни. И вот в 7 вечера наконец все формальности завершены, ребенок вселен в двухместную палату, поллитра крови отсосано, в вене оставлена иголочка, чтоб завтра для наркоза снова не дырявить, нам рассказано, что да как будут делать и пр. и пр., и вот я пробираюсь по необъятной территории больницы к выходу, глотая слезы, и сажусь в автобус назад, где никто на меня не смотрит, и вытираю глаза, и гоню от себя мысли, что если бы я не дала ей эти злосчастные два евро в тот момент, то ничего и не было бы, и в этот момент автобус резко тормозит, я упираюсь, народ вылетает и валится куда попало, раздается удар и звон разбитого стекла, сзади скрипят тормоза, все останавливается. Невесть откуда взявшийся полицейский перебегает дорогу. Упавшие поднимаются, все в порядке, нас выпускают. Автобус наш впечатался в легковушку, решившую развернуться. Мужик явно не заметил автобус, выскочивший из-за поворота по своей автобусной полосе, но отделался испугом, правда скорее всего нелегким, битыми стеклами и мятой дверью. А я пошла дальше пешком к метро, шарахаясь от велосипедистов и стараясь не подскользнуться на мокрых листьях.