(no subject)

[rupakaja]

идти по серой плитке, слегка присыпанной желтой трухой, падающей с деревьев, с готовым заказом: два шарика мороженого, двойной эспрессо и стакан воды. Какого мороженого, это надо посмотреть. Пройти мимо работы, несмотря на упавшие первые капли, и вообще непонятно, откуда они, кажется, что сейчас так и зашипят на жаркой коже. В переулок, через двор и стоянку, в магазин с черного хода, в нем нисколько не прохладнее, на улицу, направо, снаружи есть места, лучше, чем внутри, хоть и шумновато. И вот уже выбирать мороженое, о счастие, два кисломолочных сорта, а, что, я еще не сказала, чего я хочу, а мне казалось, что эта фраза про эспрессо и воду должна была нарисоваться в воздухе при моем появлении, нет, спасибо, сахар мне не нужен. Мог бы и знать уже, что я пью без сахара, шесть лет как никак, нечасто правда, нестандартная посетительница, не пенсионерка с укладкой, не мамашка с дитем, читает или пишет. Так и представляется себе невинный вопрос, так скажите же пару слов о себе, кто вы такая, gnädige Frau, и собственное при этом замешательство, поиск подходящей версии, подавляемое желание ответить, что я в общем-то и понятия не имею, что ему может даже и виднее. Несомненно даже виднее, просто и ясно все, потому и не спрашивает. Смотреть как сыпется и высыхает дождик, вдыхать каждое шевеление воздуха и запах прибитой пыли, доедать мороженое из облупленной креманки, снаружи синей, а внутри желтой. Нет сюжета, но есть продолжение, две написанных страницы, телефонный разговор, салат на балконе, ночные улицы, отражение в витрине, легкость в ногах. Свернуть к метро только потому, что уже поздно, потому что завтра наступит слишком быстро, нанижется на ниточку как следующая электричка, которая едет сначала туда, а потом обратно. И выйти из нее, и оказаться дома.