нас засыпало снегом
этим уже многоe сказано
невозможно писать про вьющиеся снежинки, не цитируя невольно общеизвестное
когда-то, однако, мне было 6 лет и я не знала, что снег уже разобран на цитаты
я написала стихи про весну
про нормальный такой лениградский март
первые два четверостишия были как и положено весенне-оптимистичные
в третьем лирический герой присмотрелся к пейзажу за окном и обнаружил, что все не так прекрасно
цитирую четвертое (первых трех в упор не помню)
солнышко не выглянет
из-за серых туч
снегу навалило
много белых куч
на этом все заканчивалось.
Взрослые сдержанно похихикивали, потом тоже смотрели в окно и говорили, что в этом что-то есть.
Потом нашелся кто-то из маминых знакомых, человек более близкий к литературе, чем к металлоконструкциям, и он стал мне что-то толковать про композицию. Суть его речи была в том, что я начала за здравие, а кончила заупокой. Я согласилась, как примерная девочка, что это так. Тогда он стал мне внушать, что в стихах так быть не должно. Почему же не должно, недоумевала я, ведь на деле так оно и есть - первое потепление, все радуются, а потом снова серятина и холодина, и сугробы растут, а не уменьшаются. Тогда, сказал он, если уж у тебя такое мрачное настроение, то его и надо выражать. А не пиликать про весну-красну. Я слегка обалдела, но возражать не стала. На следующий день в садике я взяла с полки книжку со стихами для детей, чтобы проверить, как там с настроением. Понятно, что ничего депрессивного там и близко не было. Я уставилась в окно и стала размышлять, что же со мной не так.
этим уже многоe сказано
невозможно писать про вьющиеся снежинки, не цитируя невольно общеизвестное
когда-то, однако, мне было 6 лет и я не знала, что снег уже разобран на цитаты
я написала стихи про весну
про нормальный такой лениградский март
первые два четверостишия были как и положено весенне-оптимистичные
в третьем лирический герой присмотрелся к пейзажу за окном и обнаружил, что все не так прекрасно
цитирую четвертое (первых трех в упор не помню)
солнышко не выглянет
из-за серых туч
снегу навалило
много белых куч
на этом все заканчивалось.
Взрослые сдержанно похихикивали, потом тоже смотрели в окно и говорили, что в этом что-то есть.
Потом нашелся кто-то из маминых знакомых, человек более близкий к литературе, чем к металлоконструкциям, и он стал мне что-то толковать про композицию. Суть его речи была в том, что я начала за здравие, а кончила заупокой. Я согласилась, как примерная девочка, что это так. Тогда он стал мне внушать, что в стихах так быть не должно. Почему же не должно, недоумевала я, ведь на деле так оно и есть - первое потепление, все радуются, а потом снова серятина и холодина, и сугробы растут, а не уменьшаются. Тогда, сказал он, если уж у тебя такое мрачное настроение, то его и надо выражать. А не пиликать про весну-красну. Я слегка обалдела, но возражать не стала. На следующий день в садике я взяла с полки книжку со стихами для детей, чтобы проверить, как там с настроением. Понятно, что ничего депрессивного там и близко не было. Я уставилась в окно и стала размышлять, что же со мной не так.